Солнце таяло, как ломтик масла на блестящей синей тарелке. Золотилась тонкая каемочка, и крупными молочными каплями дрожали на ветру облака. Тарелка стояла косо, и масляная лужица натекла за горизонт — за шиворот миру. Эрик взглянул на часы и подумал, что надо собираться домой. Приготовить ужин...

Совершенство — штука рискованная. К нему можно стремиться — много лет, а то и всю жизнь — но упаси вас Бог когда-нибудь его достичь. И дело не в том, что это — вершина, путь с которой только вниз. Оно словно коробок спичек в детских пальчиках. Предмет, как будто, невинный, без острых краев — не...

Играющий на узкой отмели Мориц намотал на палец длинные желто-зеленые пряди речной травы. - Пап, чьи это волосы? - Не волосы, а тина, - наставительно заметил я, провожая взглядом сонно дрейфующий по мелкой серебряной ряби поплавок. - Она выгорела на солнце. Сними сандалии, смотри, все мокрые....

Эд Зоммерфельд не хватал с неба звезд, а если уж совсем честно, он был неудачником. В школе учился так себе, и после не преуспел. Работал на автозаправке за гроши. Женился на такой же нищей, как он сам, да и та сбежала через два года. Зато с детских лет он строил города из спичек. Возводил дворцы...

Пошарив за пазухой, Бруно извлек на свет две мятые бумажки. Последнее, что оставалось от стипендии за февраль. «Цыганка» кивнула, опуская деньги в карман, и похлопала по скамейке ладонью: присаживайся, мол, студент. Выкладывай, что на душе. - Со мной что-то странное происходит, - начал он. - Живу...

Мы с детства жили с ним душа в душу, были, что называется, не разлей вода. Он подсказывал мне, куда пойти, что говорить, о чём умолчать, где соврать - чтобы не омрачать существование ни себе, ни людям. Запреты казались смешными, правила – ненужными. Мы сами устанавливали порядки, где бы ни...

Не везло Бруно в жизни. Вроде и не ленив парень, и не глуп, а только ничего у бедолаги, ну, просто совсем ничего, не получалось. За что бы ни взялся, все кончалось личным эпик фейлом. Жук просто стал последней каплей. Блестящий и круглый, похожий на таракана, он выполз на середину кухни и застыл,...

У Эммы вместо сердца звезда. Она пульсирует, и когда сжимается, весь мир делается Эмме велик, точно его растянули не по размеру, и одежда висит на ней, как на вешалке. Стулья громоздятся на пути, большие и нелепые, и шкафы горными вершинами устремляются ввысь. Она метет пол — и соринки летят ей в...

- Пьяных не вожу, - насупился таксист. - Заблюет мне машину твоя девица, отчищай потом. Оно мне надо? Девушка стояла, цепляясь за руку Марка и пошатываясь, как тростинка, колеблемая ветром. Короткая юбчонка из бордовой кожи, черная маечка, поверх которой накинута легкая куртка с завернутыми по...

Индюк думал, думал и... в суп попал. Сократ думал, думал и... отравился. Коперник думал, думал и... погорел....