Еще раз про нелюбовь

У меня есть приятельница Ксюша. Она очень хороший бухгалтер. И еще она очень красивая: худощавая фигура, длинные ноги, длинные пальцы в затейливых перстнях, длинные  летящие белокурые волосы, небрежно закрывающие левую половину лица вместе с глазом в бежевых тенях. Ну прямо модель с обложки.

    И характер у нее хороший: веселый, легкий. И мужчинам она нравится. И подругам  своим она  всегда готова помочь. Причем помочь серьезным участием, а не пустой болтовней. В общем, Ксюха моя, как вы поняли, надежный, порядочный и интересный человек.

    И жизнь у нее интересная. С мужем Виталиком она живет в законном браке и в малогабаритной двушке вот уже 16 лет. Детей у них нет, потому как супруг  наследников не хотел и не хочет.

    В начале семейной жизни жена ходила на аборты, как на службу - к восьми утра в районную больницу, а потом, на радость мужу, беременностей больше не случалось.

   "Ну что теперь делать, - виновато улыбаясь, разводила руками красивая Ксюша, - ну ты же видишь, характер у него такой своеобразный, немножко эгоистичный, немножко сложный. А вообще он хороший!"      

     "А ты возьми и роди," - советовали ей  подруги и мама (бедная мама, она жила с дочерью, другого варианта не было и ей приходилось терпеть подвиги своеобразного зятя).   "Да вы что, - пугалась и бледнела Ксюша, - да разве ж это честно..."

                * * *

 
    Что тут можно добавить?

     На сегодняшний  день  немножко сложный и немножко эгоистичный Виталик вот уже 4 года  нигде не работает (нет смысла: устраивается на два дня, скандалит  с начальством или дерется с сослуживцами, его тут же, тепленького, увольняют), день-деньской пьет горькую,  тоскует от безделья, а когда становится совсем невмоготу, гоняет жену по квартире, лупит руками, ногами и кухонной утварью и кричит, что удавил бы "эту тварь", если б не боялся тюрьмы.

      Кончается это все всегда примерно одинаково. Муж, опустошив Ксюхин кошелек, с проклятьями и  рычанием, плюясь и матерясь, исчезает в неизвестном направлении на неделю-другую. Ксюша все это время рыдает, заламывая руки, не может работать и совершенно выводит из себя начальницу.

     А затем, понятное дело, голодный, грязный и избитый муж возвращается отъесться, отмыться  и подлечиться, счастливая Ксюша переводит дух и все повторяется по привычному  накатанному  сценарию.




                * * *

    Вопрос "зачем ты, дура, с ним живешь?" не всегда остается риторическим.

   Вариантов ответов обычно немного: "я его люблю", "он без меня не выживет" и третий вариант, самый смешной - "мне с ним хорошо".

     Мы то ругаем Ксюшу, то посмеиваемся над ней, а Ксюша продолжает жить с Виталиком от битвы к битве. Кстати, Ксюша никогда никого не просит о помощи, никому никогда не жалуется на мужа, и только постоянно разбитые  губы и выразительный макияж из разноцветных синяков выдает ее семейные секреты.

                * * *
               

      Но сегодня она позвонила мне днем и чужим  голосом (я даже ее не узнала) сообщила, что "влипла по самое не могу" и нам нужно встретиться.

   Она приехала, позвонила в дверь, вошла. Я зажгла свет: ксюхину переносицу пересекала малиновая кровавая подсохшая полоса, эффектная мелированная прядь тоже слиплась от крови, на шее и руках выше локтей - синяки от пальцев Виталика. Все как обычно.

   "Он ушел от меня, " - глухо сказала Ксюша.

   "Как неожиданно!" - усмехнулась я.

    Ксюша затряслась в рыданиях: "Он сказал, что хочет развестись со мной. Я теперь не знаю, что мне делать и как дальше жить. Я боюсь. Он все равно  убьет меня когда-нибудь."
   
"Да что ты говоришь! - возмутилась я,  уводя ее на кухню, - это не Виталик, это я  тебя сама убью скоро! Что  еще должен сделать твой благоверный, чтобы ты  этого мерзавца вымела из своей жизни поганой метлой?! У тебя совесть есть?! Себя не жалеешь, маму свою пожалей, Бога побойся!"

   "Слушай, - растерянно перебила меня  Ксюша, - Жанка, слушай. Мне нелегко тебя просить, но я решилась. Помоги мне, Христом Богом прошу! Мне больше некого просить! Я знаю, ты поможешь!"

   "Конечно, помогу, - забормотала я, наливая подруге водки с апельсиновым соком из пакета, - ну наконец-то. Умница моя. Адвоката я тебе дам самого лучшего, развод он организует быстро. Вопрос имущества  у вас  ведь не стоит? Ну вот. Он у тебя не прописан? Чудесно! Адвокат найдет способ заставить этого гада испариться из твоей жизни  навсегда. Фигу с маслом  получит твой Виталик  от тебя. Не бойся его, Ксюха! Успокойся! У тебя вся жизнь впереди! Ты молодец!"

                * * *

     Ксюха  поставила  на стол пустой бокал: "Жан, ты что? Какой развод? Я  о другом тебя хотела попросить."

     Она открыла сумочку, порылась в ней и протянула мне несколько купюр: "Вот, возьми... Только не перебивай и не ори, хорошо? Я тебе адрес дам, сейчас запишу.... Это адрес моей дачи. Виталик там сейчас находится, соседка мне сказала, я ей дозвонилась. А на мои звонки он не отвечает..И общаться со мной не хочет.

    Я тебя вот о чем прошу... Никто не соглашается.... И не согласится...А ты согласишься. Понимаешь, дача пустая, нетопленная,  у Виталика денег нет ни копейки. Он голодный, понимаешь? Отвези ему  деньги. Я тебя очень прошу."

     "А водки с закуской ему отвезти не надо? - я даже задохнулась от возмущения, - ты вообще еще в уме или уже давно нет?!"

    "Отвези, Жан, - Ксюха просила монотонно, без скулежа. - Здесь немного, всего пять тысяч. Но ты ему скажи, что через неделю я ему еще привезу. Больше ему нельзя давать - сразу пропьет. Да, и вот еще что. Скажи, что я прошу у него прощения. Что я без него не могу. И не переживу развода. Попроси его вернуться!"

   "Нет, - твердо сказала я, - я не повезу. Как говорит моя  стихирская подруга  Марина П, не повезу даже "рискуя быть обматеренной тобою". Мне жалко тебя, поэтому и не повезу, Ксюш. Прости, если сможешь."

                * * *

   Мы уже почти год не общаемся с Ксюшей.

   Думаю, что  она  уже никогда не сможет меня простить.

   И правильно сделает.

     Потому что подруг много, а Виталик один...


продолжение следует..