Солнце в июле просыпается около пяти. До этого полчаса властвуют сумерки – неясное, смутное время черно-болотной травы, блестящих муравьиных дорожек на песке, изумрудных звезд и влажных антрацитовых теней. Только два цвета: один – предвкушение дня, а другой – шаг назад, в темноту, в ночь. Потянешь...

Уж в чем в чем, а в благородном происхождении всю хвостатую живность, которая проживала с нами в разное время, заподозрить было никак нельзя! Зато потом дети помоек, пустырей и подворотен, которых еще долго нужно было приводить в божеский вид, лечить и откармливать, превращались в вальяжных...

Сгорбившись, Арх сидел на каменной скамье в подземелье хранилища, куда спустился с Таном, чтобы поговорить начистоту. Здесь у стен не было проклятых ушей. Жрец внимательно слушал смятенную, прерывистую речь ученика и молчал, закрыв глаза. Не перебивал. Потом уточнил несколько деталей...

Она казалась самой себе грубоватой, несвежей, измятой, будто недельная наволочка — полноватая сорокалетняя женщина в светлом плаще и старомодно расклешенных брюках. Короткие волосы, ржавый от краски пробор... Не красавица, вдобавок, домоседка — в огромном, сверкающем LED-огнями офисе она...

Дверь скрипнула. Тёмная ткань на занавешенном окне встрепенулась от ветра. Свеча задрожала и погасла. Тан вздрогнул и спрятал книгу в большой карман, пришитый с внутренней стороны накидки. В темноте послышался неясный шорох и человеческое дыхание. Стараясь унять дрожь в руках, юноша зажёг свечу...

Почему Зевик решил, что может играть на скрипке? Когда он брался за смычок, люди вокруг затыкали уши. Даже мама, по обыкновению всех мам, считавшая сына гениальным во всем, говорила: «Зев, пожалуйста, не надо», и соседи недовольно барабанили в стенку: «Прекратите этот кошачий концерт!»....

Одноместный космический корабль не летел, а трясся, как запряженная старой клячей повозка, по ухабам и кочкам, и мутноватые, редкие звезды манили в черноте болотными огнями. Они горели тускло — кроме одной, щеголеватой, как новенький грош, растущей, до спазма в горле похожей на далекое золотое...

Не войди тогда в вагон старая ведьма с клюкой, ничего бы, наверное, и не случилось. Марк не собирался читать, а книгу держал на коленях раскрытой на случай, если какая-нибудь бабка привяжется и потребует уступить место. Он не любил старух, а эта его просто напросто пугала....

Ссылка на песни, написанные на стихи Птицелова внизу, под публикацией Нынешний день выдался солнечным, ясным. Жители Мрана готовились к редкому зрелищу: сегодня должны были сжечь пойманного в глухом селении преступника. Он был из тех, чьё пребывание на свете угрожало Мрану ухудшением...

Она стояла, привязанная к дереву, и беспомощно смотрела, как этот дикарь развёл костёр из её последней композиции икебаны. Когда пламя разгорелось, Он бросил туда.....