О сказках и сказочниках

Неправда, что звонок на урок всегда одинаков. Только не у нас, не в вальдорфской школе номер сорок два. На математику он зовет резко и сухо, задорно приглашает на танцы, ритмику, энергично увлекает на спортивную площадку, радужной трелью манит к альбомам и краскам. А как он поет, как заливается, созывая на урок чтения — звонко, многозвучно и многоцветно, точно миллион бабочек слетается разом на лесную поляну.
 Дети рассаживаются вокруг длинного стола. Солнце печет вихрастые затылки. В жаркую погоду занятия проводятся на свежем воздухе, это почти традиция — а может, дело в том, что в школе плохо работают кондиционеры. В руках учителя появляется книга с драконами на обложке.
 «Ну, опять сказки, - усмехаются ученики, - мы уже большие».
 «Думаете, вы слишком взрослые? - наставительно говорит учитель. - Никто не бывает слишком взрослым для сказок. Они, как деревья, растут вместе с нами, а мы тянемся за ними... до некоторых так никогда и не удается дотянуться.
 А знаете ли вы, ребята, что каждый читающий сказку создает новую вселенную? Вот сейчас, на этом уроке, мы сотворим удивительные города и страны, и в них поселятся люди, будут любить, бороться, защищать добро и побеждать зло».
 Он открывает книгу, и кажется, что страницы ослепительно сияют на солнце. Дети жмурятся, как большие довольные коты. На самом деле они любят сказки и предвкушают интересные истории, волшебство и приключения, путешествие в яркий нездешний мир.
 И возносятся к небу изумрудные дворцы. Драконы плюются огнем и вьют гнезда на городских башнях. По дорогам из желтого кирпича грохочут телеги, а в древнем замке оживает принцесса, которую обязательно нужно спасти.
 А потом звенит звонок — и все кончается. Учитель опускает книжку на стол.
 «Что с ними случилось? С принцем, принцессой и всеми остальными? - спрашивает кто-то из детей. - Они умерли, когда сказка закончилась?»
 Учитель улыбается.
 «Не умерли, а просто заснули счастливыми».
 «И больше не проснутся?»
 «Наверное, нет. Ведь завтра начнется другая сказка».
 Ребята вскакивают с мест и радостно бегут по двору. Но подходит к учителю худенькая девочка. Или мальчик в круглых, как у Гарри Поттера, очках. Всегда кто-нибудь да подходит и задает странный вопрос:
 «А что если наш мир тоже кто-то читает? И все исчезнет, как только этот кто-то закроет книжку. Ведь может такое быть?»
 Учитель хмурится, и глаза его подергиваются грустью, словно осенний пруд — ряской. Ему не хочется отвечать, но он твердо знает, что детям врать нельзя. И он говорит:


 «Да, может».
 Он уходит последним, унося с собой печальное знание, и обязательно — как бы невзначай — оставляет книгу сказок открытой. До самого вечера ее читают солнце и теплый июньский ветер, легкомысленные бабочки и серьезные шмели, стрекозы и птицы. Потом — звезды, и ночные облака, серебряные от лунного света, и пестрые совы, и мотыльки, похожие на осенние листья, цикады и летучие мыши, и роса окропляет ее страницы, оплакивая всех, кто заснул счастливым, чтобы никогда больше не проснуться.
 Вселенная без устали читает саму себя и творит саму себя — а значит, назавтра разгорится новый день и школьный двор наполнится детскими