Версия (окончание)

Зуммер галактического интеркома становился все отчетливее. Небольшого роста щуплый гуманоид откинулся в пилотском кресле и, дотянувшись до сенсора голосовой связи, сказал:
– Альфа шестнадцать дробь семьсот шесть на соединении. Если кто-то снова попытается мне втюхать плазменную зубную щётку или интерактивную пепельницу, клянусь клоном тёщи, расщеплю на атомы.
- Что у вас с изображением, почему голосовая?  - послышался чей-то недовольный голос.
- Извините, шеф, думал, опять эти галактические коммивояжёры.  Достали, бозон им в глотку! Перехожу на объём.
Гуманоид дотянулся до другого сенсора, и перед ним возникло объёмное изображение шефа, который оказался высоким холодноглазым рептилоидом в пижаме.
- Так что у вас с пропавшим ПМС, – сухо спросил рептилоид. – И давайте без тупых острот по поводу этой аббревиатуры. У нас три часа второй луны, а мне звонят из-за вашей труднодоступной для понимания докладной.
- Мы межзвёздных академий не кончали, - хмыкнул обиженный гуманоид. - А доложил всё как есть. Форс-мажор, он и на квазаре форс-мажор. А пропавший ПМС, то бишь Переносной Маяк Слежения, вернули.
- В рабочем состоянии?
Гуманоид развернулся на пилотском кресле к стеллажу, где стояли пузатые железные бочонки с матово отсвечивающими штырями антенн наверху. Взяв с полки одну из запасных антенн, гуманоид прикрутил её к стоящему возле кресла бочонку, успевшему, по всей видимости, из мистического перпетуум-мобиле снова превратиться в обычный маяк слежения: такие разбрасывают по всем планетам галактики с целью получения различной полезной информации. Гудение внутри бочонка прекратилось, и на выскочившей из его недр сенсорной панели загорелась надпись: “Устройство готово к использованию». Гуманоид снова развернулся к коммуникатору.
- Теперь в рабочем.
Успевший заснуть рептилоид открыл глаза и недоуменно уставился на собеседника, но, быстро придя в себя, сказал:
- Насчёт вашей докладной. Что это ещё за шустовка, настоянная на калиновом листе? Какая-то алкосодержащая субстанция?
- Да какие алкалоиды! – Возмутился гуманоид. - Местный тонизирующий напиток.
Ну-ну, - прозвучал саркастический ответ. – Вы, кстати, в курсе, что ваш предшественник проходит реабилитацию от алкогольной зависимости на межпланетной медицинской станции Клизма-7? А ведь тоже утверждал в докладных, что некий “джин” - это тонизирующий напиток из тутовых ягод.  Вот же выпал сектор ответственности.
Очевидно, пришло какое-то сообщение по другой линии, и рептилоид отвернулся в сторону, внимательно что-то изучая.  Через некоторое время он снова повернулся к собеседнику с несколько озадаченным видом.
- Тут картинка от СМС пришла. В смысле, от Стационарного Маяка Слежения. Так там какая-то уха непонятная. При замедленном просмотре видно, что, когда отслеживаемый абориген бросал маяк в воду, к прибору был привязан какой-то представитель местной фауны. Вы, кстати, писали, что в реке у вас был биоробот - разведчик. Если представитель фауны был доставлен к вам на космочелнок вместе с ПМС, передайте его в ближайшую биолабораторию для проведения опытов. Согласно параграфа Бемоль сто восемь дробь двадцать пять.

- Неувязка вышла. В расставленных для биоробота-скаута приоритетах параграф Бемоль спутали с Диезом. Представитель фауны не выжил.
- Да вы что! – Саркастически скривился рептилоид – Прямо дежавю. То же самое у вас полгода назад случилось с ухорогом, редчайшим представителем фауны планеты Гык. Там вообще с какого-то перепуга биоробот применил параграф Бекар, и биологи лишились возможности провести ряд субмолекулярных анализов. А теперь - второй случай. Предупреждаю, всё это отразится на вашем кредитном балансе.
-Как-нибудь переживу, – хмуро пробурчал гуманоид.
- Кто бы сомневался.  На моём балансе это, кстати, тоже отразится, а у меня супруга как раз внеочередной сброс кожи решила сделать. Хотя чего я? Как говорят на этой вашей планете: “Проблемы индейцев шерифа не волнуют”. В данном случае - наоборот.  И вот еще... Альфа шестнадцать дробь семьсот шесть, разберитесь со своими биороботами, инструкции какие-нибудь на досуге почитайте. Хотя…  - Рептилоид безнадёжно махнул рукой и отключил связь.
- Скатертью звёздный путь, – хмыкнул гуманоид. - Биолаборатория ему поплакалась. Вот и предложил бы себя для опытов, пробирку тебе в …
Так и не уточнив место, предназначавшееся для пробирки, он поставил управление космочелнока на автопилот и прошёл в жилую секцию.
- А ну не шпионить! Сенсоры вырву, нанотрубки сплющу, геномы повыковыриваю, - рявкнул он, входя, стоящим на подзарядке трём биороботам, на одном из которых из одежды были только плавки и ласты.  Двое других были одеты в крестьянские сермяки и холщовые штаны. Обуты же они были довольно странно. У первого был только один лапоть на правой ноге, а у второго - сапог на левой. Украдкой оглянувшись, гуманоид достал из выехавшего потайного ящика бутыль с мутноватой жидкостью, и, выдохнув, приложился к ней, сделав пару глотков.
- О-ох, и умеют же делать, - констатировал он, занюхивая выпитое рукавом серебристого комбинезона.
Послышалась какая-то возня и шум
– Эй, вы там, фауна. «А ну тихо, а то быстро сейчас на субмолекулярный анализ определю», - сказал он, обращаясь к белой в черных пятнах собачонке, гонявшейся в веселой игре за переливающимся всеми красками радуги странным шестилапым существом, уши которого напоминали небольшие загнутые назад как у горного барана рога.