Прогулки со Стасиком (продолжение)

Игры в индейцев

В наших душах накрепко застряло  детство с его бесконечными играми… «Альчики», «Птички на дереве», «Классики», «Попа к стенке!», «Прятки» и конечно же любимая игра в апачей, с вождем Чингачгуком . Из Стаса эти воспоминания не выветрились до сих пор!

Телефонный звонок ранним утром в офис нашей фирмы: - Это компьютерная компания?

- Да, а кто у телефона?

- У телефона ваш краснокожий друг – «Вечерняя заря»! А кто со мной говорит?

Юра, который узнал голос Стаса, и для которого каждая утренняя минута была на вес золота, ответил: - А с вами вынужден терять время ваш бледнолицый брат – «Утренняя какашка»!  - сказал, и бросил трубку.  



Ещё раз про любовь

После того, как я женился, когда у меня было хорошее настроение, я часто приставал к жене с вопросом, - Ты меня любишь?  В ответ – молчание. Видно не хотела признаваться, что вышла замуж по расчету! После неоднократных повторов этого вопроса она, наконец, сдавалась и цедила сквозь зубы, - Ну люблю!  Тогда приняв позу Казановы, я самовлюбленно произносил: Ну конечно, ТАКОГО нельзя не любить!

У нас же со Стасом любовь была взаимной! Если я спрашивал, - Стасик, ты меня любишь? – это означало, - А не угостишь ли ты меня Стасик (понятно чем!)

Фраза же, - Я Люблю тебя Стас, - означала, что у меня есть возможность повести его в рюмочную, или кафешку и угостить.

В один из дней Стасик долго не отвечал на мою невинную просьбу о любви, и тут я вспомнил свои первые месяцы после свадьбы, и начал его «доставать» - Стасик, ты меня любишь? Стасик ты меня любишь? Стасик, ты меня лю…? В конце концов он не выдержал, и сказал, - Хочешь, чтобы я тебе ответил также, как моя жена ответила мне в свое время?!

Оказывается, он тоже приставал к своей жене с этим сакраментальным, чисто женским вопросом в первый год после свадьбы.

Однажды она не выдержала и ответила, - Не тошни !!!

Потом я долго размышлял об этой разнице в ответах, и понял ее причину.

Я спрашивал тоном домогателя, а Стасик (наверное) – тоном девушки, только что потерявшей невинность!



Стас и дипломатия

Самой большой любовью Стаса была его доченька, его Аленушка! Он ее – свою единственную кровиночку лелеял, и баловал, как мог. Он у всех своих знакомых женщин спрашивал: Как у меня дочка? Высше?! Хочешь такую же?

Когда же у Алены пришла пора «юности весенней» он долго и придирчиво присматривался к ее выбору. Мальчика звали Намик. Он был из очень приличной семьи и был вхож в дом своей будущей жены на правах женишка. Возможно, это была «проверка на вшивость», но Стас начал предлагать Намику своего взбалмошенного кота, от которого давно мечтал избавиться.

- Да нет, дядя Стас, - крикнул Намик из комнаты своей невесты – он все мамины занавески раздерет!

Стас, который сидел с женой в соседней комнате, начал вполголоса рассуждать:

«Мерседес» - папин, квартира – брата, занавески – мамины… и в продолжении своего рассуждения, он позвал: - Намик!

- Что, дядя Стас?

Станислав видимо хотел спросить – А что-то свое у тебя есть? – но, столкнувшись с расширенными от ужаса глазами своей Манечки, осекся…

- Да нет, ничего…





Любит - не любит

Пролетели годы и Стасик все-таки добился своего… Находясь явно в лирическом настроении, его жена, положив свою голову ему на плечо, спросила у него: Стасик, ты кого больше любишь – меня, или Ибрагима? Ну конечно же тебя, дорогая, - проворковал Стас.

- Нет, все-таки Ибрагима! – не поверила она.

-  Пила бы, тебя бы  больше любил … - про себя подумал Стас, c раздражением.

Это мне напомнило случай произошедший с моими рано ушедшими товарищами – Назимом  и Олегом. Как-то Назим со своей пассией сидели у Олега и этим двум взрослым мужикам захотелось подурачиться. Они  начали изображать перед несчастной дамой нетрадиционные взаимоотношения. Причем все это проделывали весьма артистично. Поскольку дама была довольно истеричная, и поверила в розыгрыш, с ней чуть не случился припадок! С большим трудом они ее разуверили и Назим ее увел к себе домой. Там все пошло по традиционному руслу, и после достижения наивысшего блаженства, женщина, томным голосом спросила:

- Тебе со мной было хорошо? Ты меня сильно любишь?

Не знаю, с чего вдруг ему захотелось приземлить романтически настроенную женщину, но он ответил: - С Ибрагимом было, все-таки, лучше!

Спасся он от нее, только запершись в ванне, ручку которой она вырвала.



Прощенное воскресенье

Незадолго, до наступления Международного Женского Дня  8  Марта, мы со Стасом гуляли по улицам и рассуждали о несправедливых обидах, которые иногда нам наносят судьба и люди… Я несколько самокритично возражал, мол, Стас, мы ведь тоже с тобой не подарки Господни, сами тоже иногда обижаем людей ни за что…!

Тут он с какой-то мстительной интонацией в голосе меня перебил, сказав,- С нетерпением жду воскресенья! Тещенька у меня прощенье просить будет.

За что? - спросил я.

- За все, - ответил он.

- А твоя Маня, тоже будет…

- И она… Все, кто нашу кровушку пил должны будут обязательно попросить… Ведь прощенное воскресение!

- Но ведь тогда Стас, тебе  придется, как минимум неделю у них прощения вымаливать, без отдыха…

Стасик задумался секунд на тридцать, и ответил, - Не придется! Я то ведь не православный!

Не крещенный Я !!!    



Немного философии

В годы моей юности отец мне рассказывал про своего давнего соседа по старой квартире – мудрого старого еврея… Он говорил ему: «Нухбек, у мужчин на свете бывают три основные слабости – это вино, сигареты и женщины! Причем, успешно сочетать, без особого вреда для своего здоровья, можно только две из них.  Так что выбирай, пока молод! … Чтоб я так жил…!»

Пересказав все это Стасу, я задумался, и добавил, - Но мне кажется, папин сосед слукавил… Какой же здоровый и здравомыслящий мужчина вычеркнет из списка своих слабостей женщину?!   Так что выбор у нас небольшой: или не пить, или не курить…

- А если женщина сама себя вычеркивает из списка твоих слабостей? – с печальным вздохом спросил Стас.

- Тогда, Стасик, выбора нет!  Но есть альтернатива – другая женщина!

Если жена попалась со сверх пониженной лябильностью, то ничего не попишешь…

Это еще философ Сократ советовал своему ученику, который собирался  жениться –

«Если повезет с женой – будешь счастливейшим из смертных! Если же нет – Станешь философом!»

Похоже мы с тобой Стасик философы! Вот за это и поднимем наш первый бокал!



«Бойся данайцев, дары приносящих»

(из древнегреческих наставлений по алкоголизму)


Как вы думаете, что человеку надо сделать, чтобы получить голландское гражданство? Дать взятку в гульденах в голландское посольство?...

Ничего подобного! Для этого достаточно принять из рук «благодетеля» Стаса подарок - граненый стакан водки…

А все начиналось так безобидно… С утра в этот день я опаздывал на работу и не успел позавтракать, да и в обеденный перерыв ничего не перекусил. К концу рабочего дня, в моем желудке была жадная, всепоглащающая пустота…

Вот тут мы и встретились – я, Багрянцев и Стас. Когда мы нырнули к цумцам, то начали шутливо подначивать друг друга. В ответ на Стасикины – Ну что, по пятьдесять? – я возразил, - А почему не сто пятьдесят? (Зря, конечно, сказал – Стас был при деньгах!)

- А двести пятьдесят – слабо?! – ввернул мне с вызовом в голосе Стасик.

Я принял вызов, и пока они по-быстрому опрокидывали свои «фронтовые сто грамм», я медленно и картинно выцедил стакан. Затем, наблюдая, как они жадно закусывают выпитое ломтиком лимона, демонстративно плавным движением занюхал свою дозу лацканом пиджака. Ох, эта любовь к театральным действиям!  Весь этот «театр» стукнул меня «по шарам» через час. Мы с Багрянцевым только, только разошлись с провокатором Стасом. Вечерело. Ноги отказывались ходить, а голова думать…

Мы сели на скамеечку в садике «Трех граций». Глаза то открывались, то самопроизвольно закрывались. В уши лезли настойчивые уговоры Багрянцева: - Ты только не спи, ты только не спи!...

В момент одного из просветлений я зафиксировал глазами женщину, которая презрительно смотрела в нашу сторону с противоположной скамейки. И вдруг громко произнесла: - А мне говорили, что в Баку пьяниц нет!

Но Багрянцев  заступился за честь горячо любимого им города. Он начал убеждать ее, что я приезжий – голландский подданный, наклюкавшийся на презентации  голландской фирмы, и что ему несчастному коренному бакинцу поручили сопроводить эту голландскую пьянь в гостиницу. К его чести должен сказать, что он таки довез меня на такси до самого дома. Меня же потом долго дразнили «голландским подданным». Из этого, пожалуй, единственного случая в жизни – частичной потери контроля над собой, я вынес для себя урок – «Бойся данайцев, дары приносящих!»