Счастливый случай (продолжение)
Книги
Снилось, али наяву все произошло, но утром он встал с неким необъяснимым ощущением, что знойная владычица дома, всю ночь лаская его в жарких объятиях, целовала своими пухлыми, сладкими губами и называла его "миленьким Автанчиком", также, как его собственная мать в раннем детстве...
Одевшись, он взял оцинкованное ведро с крыльца и набрал колодезной воды. Выпил пару глотков, остудив свой внутренний пожар, затем - долил полведра в умывальник. Умылся. Зубной щетки не было, но он пожевал пару листочков антикариесной жвачки, уничтожив последние остатки чесночного запаха. А где же наша красавица?
Таша, успев накормить домашних животных и прихорошиться модной городской прической, кухарила в освещенном ранней зорькой летнем камбузе:
- Эй, солдатик, ты готов к труду и обороне? Позавтракаем и пойдем ладить курятник, а то, покамест твои "ремонтники" приедут, у меня все квочки разбегутся!
Снова перешла на "ты"… с чего бы это?.. Заглянув на кухню, чтобы поздороваться, Автандил ее, вчерашнюю, не узнал. В лучах утренней зари Наталья Петровна показалась ему сияющей Жар-птицей. В естественных румянах молодой крови проступала нежная мякоть спелого, наливного яблочка, готового быть съеденным мужской любовью… Ведунья! Откуда ты тут взялась, в этой деревенской глуши? Ей бы обложки парижских журналов украшать, а она живет в своем одиночестве и радуется любому прохожему…
Завтрак оказался плотным блюдом из вкусной яичницы со свинными шкварками и хрустящих в крепком маринаде огурцов - дома, на хлебосольном Алтае, его редко так кормили с утречка. Там завтраки и ужины, по обыкновению, простые - хлеб да каша - радость наша! Поблагодарив усердие хозяйки, Автандил снял с себя верхнюю часть одежды, оставшись в одном тельнике. Он невзначай взглянул на свое отражение в зеркале платяного шкафа и увидел на своей бычьей шее гематому. Вчера ее, вроде, не было… И что же это такое?.. Засос? Откуда? Столичные магдалины ему себя давали, однако не особо любили целоваться. А взасос - тем паче. Чудеса!.. Ладно, от этого никто пока не умер.

Работа по восстановлению курьего коттеджа заняла менее часа, поскольку руки Автандила умели не только десантный калаш держать, но и молоток с гвоздями. Он, с особым желанием показать свое умение хозяйке, сбил заместо шиферной кровли деревянный, из разных найденных в сарае досок, настил, поверх которого, красиво, уложил красную черепицу, без дела валявшуюся за сенником. Ею же оформил гребень и козырек нужника - все получилось на славу и радость восторженных глаз.
- Ба! Оказывается, ты и добрых дел мастер, Автан-Автанчик!.. - не обуздав свое удивление, воскликнула Таша.
Это ее ласковое "Автанчик" прошлось по нежным струнам его сердца мажорным аккордом, напомнив и о странном сне, и о далекой матушке, некогда молодой и красивой тувинке. Только она его так баловала… Но откуда ведьме было знать, как его в детстве называли?
- Извини, что я с тобой на ты, мне почему-то кажется, что так благовейне будет. И ты меня не дразни Петровной, зови Наташей или Ташей, как меня дед прозвал… отца не было… бросил он нас…
Впервые в ее зеленых глазах Автан увидел некое подобие слез. "Не такая уж ты и суровая владычица, слабинка есть, значит не одичала…" Ему вдруг так захотелось прижать ее к себе, да погладить с утра накрученные на бигудях пряди, поцеловать, сказать ей ласковых слов, но... даже крупные мозгами мужчины остаются детьми в руках умеющих соблазнять женщин, а Таша это умела, как никто другая. Она ведь не рассказала ему о том, что невесты деревни побаиваются ее чар, а особенно злятся на нее замужние молодки. И не напрасно. На спор могла любому голубку вскружить голову. Без особых усилий, - взглянет своим особым прищуром и все - пиши пропало! Оттого и одинока… А сватались многие. И местные, и городские. Да, видно, не по нутру ей были претенденты, она себе искала ровню, а не просто штаны с причиндалами…
Продолжение следует...
Одевшись, он взял оцинкованное ведро с крыльца и набрал колодезной воды. Выпил пару глотков, остудив свой внутренний пожар, затем - долил полведра в умывальник. Умылся. Зубной щетки не было, но он пожевал пару листочков антикариесной жвачки, уничтожив последние остатки чесночного запаха. А где же наша красавица?
Таша, успев накормить домашних животных и прихорошиться модной городской прической, кухарила в освещенном ранней зорькой летнем камбузе:
- Эй, солдатик, ты готов к труду и обороне? Позавтракаем и пойдем ладить курятник, а то, покамест твои "ремонтники" приедут, у меня все квочки разбегутся!
Снова перешла на "ты"… с чего бы это?.. Заглянув на кухню, чтобы поздороваться, Автандил ее, вчерашнюю, не узнал. В лучах утренней зари Наталья Петровна показалась ему сияющей Жар-птицей. В естественных румянах молодой крови проступала нежная мякоть спелого, наливного яблочка, готового быть съеденным мужской любовью… Ведунья! Откуда ты тут взялась, в этой деревенской глуши? Ей бы обложки парижских журналов украшать, а она живет в своем одиночестве и радуется любому прохожему…
Завтрак оказался плотным блюдом из вкусной яичницы со свинными шкварками и хрустящих в крепком маринаде огурцов - дома, на хлебосольном Алтае, его редко так кормили с утречка. Там завтраки и ужины, по обыкновению, простые - хлеб да каша - радость наша! Поблагодарив усердие хозяйки, Автандил снял с себя верхнюю часть одежды, оставшись в одном тельнике. Он невзначай взглянул на свое отражение в зеркале платяного шкафа и увидел на своей бычьей шее гематому. Вчера ее, вроде, не было… И что же это такое?.. Засос? Откуда? Столичные магдалины ему себя давали, однако не особо любили целоваться. А взасос - тем паче. Чудеса!.. Ладно, от этого никто пока не умер.
Работа по восстановлению курьего коттеджа заняла менее часа, поскольку руки Автандила умели не только десантный калаш держать, но и молоток с гвоздями. Он, с особым желанием показать свое умение хозяйке, сбил заместо шиферной кровли деревянный, из разных найденных в сарае досок, настил, поверх которого, красиво, уложил красную черепицу, без дела валявшуюся за сенником. Ею же оформил гребень и козырек нужника - все получилось на славу и радость восторженных глаз.
- Ба! Оказывается, ты и добрых дел мастер, Автан-Автанчик!.. - не обуздав свое удивление, воскликнула Таша.
Это ее ласковое "Автанчик" прошлось по нежным струнам его сердца мажорным аккордом, напомнив и о странном сне, и о далекой матушке, некогда молодой и красивой тувинке. Только она его так баловала… Но откуда ведьме было знать, как его в детстве называли?
- Извини, что я с тобой на ты, мне почему-то кажется, что так благовейне будет. И ты меня не дразни Петровной, зови Наташей или Ташей, как меня дед прозвал… отца не было… бросил он нас…
Впервые в ее зеленых глазах Автан увидел некое подобие слез. "Не такая уж ты и суровая владычица, слабинка есть, значит не одичала…" Ему вдруг так захотелось прижать ее к себе, да погладить с утра накрученные на бигудях пряди, поцеловать, сказать ей ласковых слов, но... даже крупные мозгами мужчины остаются детьми в руках умеющих соблазнять женщин, а Таша это умела, как никто другая. Она ведь не рассказала ему о том, что невесты деревни побаиваются ее чар, а особенно злятся на нее замужние молодки. И не напрасно. На спор могла любому голубку вскружить голову. Без особых усилий, - взглянет своим особым прищуром и все - пиши пропало! Оттого и одинока… А сватались многие. И местные, и городские. Да, видно, не по нутру ей были претенденты, она себе искала ровню, а не просто штаны с причиндалами…
Продолжение следует...
Источник: стихи.ру
Автор: Дастин Зевинд
Топ из этой категории
Speak softly now Speak softly now Let the dawn bring the light Lay down your cards We have played through the night...
Мы часто думаем, что продуктивность рождается из бесконечной концентрации и упорства. Но на самом деле её секрет...