Тень и Тьма

После прибытия пополнения Кэрол решила съездить в деревню, чтобы узнать, что же там за подвижки такие. Вождь ничего странного не замечал, к решению некоторых молодых повоевать относился с пониманием, в общем, толку от него было немного. Что было даже странно — деревня жила неплохо и недоедания точно не водилось, местный «средний рост» где угодно сошёл бы за «высокий». Но, что важнее, в первое посещение люди о вожде говорили явно уважительно.  А вот теперь те же люди вели себя как-то подозрительно. Рыжая решила провентилировать это дело с «духовной властью» и пошла к знахарской хижине.
 
— Скажи, а что такое происходит? — спросила Кэрол. — Я же вижу — народ какой-то беспокойный, а вождь как будто не замечает. Спросила у него — такую рожу скрючил…
— Скот умирает, — подумав, ответил Луол. — Плохо, когда скот умирает. Знак!
— Знак, говоришь… — протянула Рыжая. — Не, это вряд ли. Был бы знак — он бы сам заметил. Не дурак же.
Старик загадочно улыбнулся.
— Вот, и ты в курсе, что это просто так… — истолковала эту улыбку Кэрол, — ничего. Дела наладятся — забьют на знаки. Может быть. А с добровольцами-то что такое? Мне в заслугу ставят, а я вот что-то не помню, чтобы тут активно пропаганду вела. Ну, заеду раз пару дней, так и…
— Так ваш главный заехал. Командир! Ко мне не ходил. С вождём разговаривал. Всех смотрел, изучал.
— Мда, что-то ему и пример не очень нужен, — пробубнила Кэрол.
 
На обратном пути Рыжая вдруг осознала, что общение со знахарем ей просто нравится. Настолько, что она готова и без наличия «вопросов» навещать его и болтать за жизнь. Было в этом то самое ощущение взаимного доверия. Лезли в голову интересные мысли о том, как разница между круглыми хижинами в деревне и прямоугольными постройками в лагере смыкается с разницей между солдатской дисциплиной и буколическим бытом, замешанным на коровьем молоке и построенном на каркасе из рогов. Но главное —  ещё это пробуждало воспоминания о раннем детстве в Транскее, среди чёрных. С такими приятностями, как запекание собственноручно пойманных полевых мышей. Интересно, весело подумала она, а если бы сейчас тех мышей предложить такому гордому своим «африканством» Карверу? Хотя нет, каких мышей? Он же и в деревню, кажется, ни разу сходить не пожелал, приникнуть, так сказать, к негритюду. Зато кого строит-то из себя…   
Нет, мышей она ловить, конечно, не будет. А вот отловить павиана, скажем, можно. Сверившись с часами, она оповестила Грина о том, что собралась на охоту, и исчезла.
Возможно, именно её отсутствие спровоцировало одно забавное обсуждение — о таком всегда удобнее говорить, когда обсуждаемый не может внезапно появиться. Бойцы просто болтали о всякой фигне…

— Кстати, что там у тебя с ней? — внезапно спросил Чейз.
— Ничего. Общаемся, — пожал плечами Дэвис, — с ней, знаешь, разговаривать интересно.
— Это ты зря, — мечтательно протянул Чейз, — всё-таки… такие ноги.
— Ноги отличные. Только ты не мне это говори, а ей, — ядовито посоветовал Дэвис, — вдруг оценит. Денщиком сделает!
Проходивший мимо Уэст уловил обрывок беседы и сменил курс, сообразив, что настал удачный момент.
— Слушайте, парни, — начал он, — вы же её в бою видели…
— А также до и после боя… — уточнил Чейз, — а некоторые даже и…
— …так вот, ей сиськи не мешают?
Оба опрошенных прыснули.
— Ты прости, но она там не в бикини бегает, — растоптал Дэвис мечты, — а почему ты вообще решил, что должны мешать? Ты что, её без лифчика видел? И не сказал?
— Ну просто мне казалось, что должна быть большая. Ну знаете, как у этих…
— А-а. Во, уже два кандидата в денщики. Кстати, а тебе сиськи не мешают?
— Какие? — не понял Уэст.
— Её. Ты о выполнении поставленных задач должен думать, — серьёзным тоном начал Дэвис, — а у тебя грудь на уме? Да ещё и командирская? Нет дисциплины!
— Да ну тебя в жопу! — обиделся Уэст и ушёл.    
Что именно Рыжая собирается принести с охоты — никто не знал. Ну, понятно, что слона или бегемота никто не ожидал. Но когда она появилась с тушкой павиана — в воздухе повисло что-то страшное.
— Что это? — подозрительно спросил Стюарт, указывая пальцем.
— Дичь, — невинным голоском ответила Кэрол, — а что-то я Карвера не вижу?
— Да он там вон… — неопределённо махнул рукой кандидат в денщики Уэст, — а зачем он тебе? Это ему, что ли?
— Вообще-то… да, — сообщила Рыжая таким тоном, как будто светит Карверу бесплатный обед в хорошем ресторане. — Только вы ему пока не говорите…
— А что, оно — вкусно? — подал голос Чейз.
Рыжая молча пожала плечами и отправилась дичь свежевать.
Прибывшего на отдых Карвера встречали с такими улыбочками, что он сразу заподозрил худшее.
— Какого… — начал было он.
— Такого! — оборвал его Дэвис. — Интересно всем, что ты с ней сделал, что она лично для тебя жратву готовит?
Афроамериканец даже пошатнулся.
— Что за ****ый бред… — он снова попытался сказать что-то значительное.
— Какой же бред, когда вон запах идёт? — заметил Чейз.
Карвер обратил умоляющий взгляд на Уэста, на что тот развёл руками — мол, всё так и есть.
— Окей… — протянул Карвер и стал ждать развязки.
И вот Кэрол появилась. Афроамериканца усадили за стол, поставили перед ним, перехватив у Рыжей, тарелку с мясом.
— А вторая кому? — уточнил Дэвис.
— А вторая мне! —  заявила Рыжая, защищая вторую тарелку. — Я же должна пример подавать.
И подала. Глядя на неё, Карвер явственно чуявший подвох, наконец спросил:
— Да что это такое хоть?
— Павиан, — сделав мощный глоток, ответила Кэрол, — хороший, не гнилой, ничего…
Все заржали, Карвер выматерился, на пробу отщипнул кусочек, и вдруг сообразил, что если не съест — окончательно уронит свой «африканский» авторитет. Он отпилил кусочек и потащил в рот, превозмогая не столько брезгливость, сколько соображение «если чёрный — значит обезьян должен жрать?» Сунул в рот, прожевал.
— Эк тебя перекосоёбило, — заметил Стюарт, — вот сразу видно, что к армейской жрачке не привык.
— К какой «армейской»? — возмутился Карвер и сам не заметил, как отчекрыжил кусок побольше. Измельчать не стал, заглотил так. Попытался продолжить фразу с набитым ртом, но пришлось проглотить.
— Ну это ты загнул, — встрял Дэвис, — в армии похуже было. Всё-таки, когда индивидуально готовят…
Боявшийся потери темпа афроамериканец решил достойно ответить после следующего куска.
— Да ну, вон как наворачивает, — отметил Чейз, — а притворялся…
— «Отец-командир» она быть не может, — философски заметил Дэвис. — Значит, мать. То есть, ты буквально мамкину стряпню ешь. И не ценишь!
Последнее было сказано настолько обвиняющим тоном, что Карвер чуть было не брякнул машинально, что очень даже ценит, но вовремя одумался и решительно покромсал остатки мяса.
Опустевшие тарелки встретили аплодисментами.
— Да ладно, ничего так, в общем, — заявил Карвер, но на всякий случай ретировался. За ним ушёл Уэст, видимо, решив, что дружеская поддержка может оказаться не лишней
— А его точно не пронесёт?— встревоженно спросил Чейз.
— Не должно, — пожала плечами Рыжая.
— Да если пронесёт — хуже не будет, — злорадно заметил Стюарт.
— Ну, для желающих — там ещё осталось, — пригрозила Кэрол и тоже ушла.


Рыжая сидела в тенёчке, отмахивалась от мух, попивала сок из пакета и наблюдала за Стюартом, муштрующим солдат на плацу. И пыталась найти ещё что-нибудь, требующее её внимания. Всё вроде было охвачено, всё шевелилось. И тут она вспомнила, что разговоры о «дурных знаках» в деревне вовсе не рассосались, вопреки её надеждам. Этим надо было заняться серьёзно.
«А оно тебе точно надо?» — спросил внутренний голос, настроенный скептически. «Надо» — отрезала Кэрол. Надо вникнуть, надо помочь, надо делом доказать, что тебе не всё равно. Оно, конечно, и так делается, но хуже-то не будет.  А вообще Кэрол смущала одна мелочь — о том, как вести расследования, девушка имела самые общие представления. Анализ разведданных и допрос — это не совсем то. А ещё в копилке знаний был какой-то старый телефильм, где BSAP расследовала преступление в краале.
Наконец она решилась. Подумала о том, кого бы с собой на всякий случай взять. Дэвис был занят, а свободен только приятель Карвера Уэст. Ладно, пусть будет он. Надо ли оповещать Грина? По результатам отчитается, а отпрашиваться незачем.
Уэст поначалу состроил кислую мину, потом вдруг сообразил, что ему вообще-то светит провести какое-то время с красивой женщиной, и преисполнился энтузиазма. Так они и выехали из лагеря вдвоём, не считая чёрного водителя.   
— Чего случилось-то? — решился спросить Уэст через несколько минут, — к местным, что ли, едем?
— К ним, — подтвердила Рыжая. — Детективы любишь?
— Ну как бы это…
— Вот и поучаствуешь. Поможешь, постоишь для внушительности…
— Так это тебе надо было Мартина взять, — подумав, сообщил Уэст. — Он же в полиции служил, он соображать должен.
— Соображать здесь — моя работа, — воздела палец Кэрол, — и… и вообще.
Что это за «вообще» Уэст уточнять благоразумно не стал. Однако пообщаться захотелось, и они немного обменялись мнениями об оружии, как самой очевидной теме. Уэст вспомнил, что в патруле видел зебр, а Рыжая рассказала ему о немецких попытках использовать их в кавалерии. Собеседник очень развеселился.

По прибытию Рыжая велела Уэсту наблюдать «за всем, чем можно», и отправилась искать вождя. В итоге глаза наблюдателя, что называется, разбежались. Высокие негры с о шрамами на лицах, коровы с гигантскими рогами, молоко повсюду.
Вождь обнаружился у себя дома. Кэрол поинтересовалась, как идут дела, выслушала, убедившись, что никаких настоящих поводов для беспокойства он по-прежнему не видит, и предложила свои услуги.  Вождь поначалу не мог уразуметь, какие именно услуги, но позволил. Если хочется — почему бы и нет? Он, вождь, уверен, что всё мелочи и устаканится, но раз уж предлагают… Кэрол уточнила, может ли ей помогать «мастер гарпуна» — оказалось, может. Рыжая для порядка поинтересовалась, не заезжал ли майор — оказалось, что был. Пытался после успешной вербовки провести агитацию среди взрослых женатых мужчин, но ему объяснили, что этого пока делать не стоит. Рыжая согласилась и извинилась за чрезмерное рвение командира.
«Детективы» раскланялись с вождём и направились в хижину Луола.
— А зачем этот вождь, если он сам ничего не решает? — спросил Уэст по дороге.
— Он решает, -возразила Рыжая, — судит, отношения с соседями определяет. Это главное. Не тоталитаризм же…
Тут они подошли к хижине, и просвещение пришлось прекратить.
— А мы к тебе по делу, — брякнула с порога Кэрол. — Разбираться будем, что у вас за знаки и почему скот дохнет.
— Ага, — подтвердил Уэст.
— Ты умная, — улыбнулся Луол. — ты знаешь, что знаков нет.
Я—  знаю, что если бы были знаки — ты бы так наплевательски себя не вёл, — хмыкнула в ответ Рыжая. Луол довольно кивнул.
— Вижу, что не знаки. Все правильно идёт, всё хорошо. А коровы всё мрут. А недавно змей потоптали. Совсем плохо. А кто — не знаю.
— Ну, хотя бы тех, кто первый заметил… кто громче орёт — этих же надо расспросить, — начала размышлять Кэрол.— Может, вообще окажется, что кто-то соседское зверьё из зависти замочить хотел, а кто-то другой не так понял.
— Верят, что знак, — сник Луол. — Начну расспрашивать, скажут — плохой знахарь.
Кэрол понимала, что ждёт «выработавшего ресурс» знахаря. Уэст не знал, но она на всякий случай бросила на него взгляд и изобразила руками удушение. Тот понимающе свистнул.      
— Хорошо, — рубанула она. — Пошли, покажешь подозреваемых.
Уэсту она велела напустить  на себя самый грозный вид. И они пошли опрашивать.
 
— Спроси: он точно змей не сам подбросил? —  втолковывала она через некоторое время Луолу, решившему помочь и в качестве  переводчика. — скажи, будем судить по законам военного времени, если что! А если сознается — ничего не будет.
Очередной подозреваемый что-то бубнил, скрывая взор, а Луол объяснял «следователям», что тот ничего  не трогал, не подбрасывал, и вообще не знает решительно ничего.

— Боятся, — вздохнула Рыжая, когда очередного свидетеля отпустили, — а чего боятся? Повторяем же — не будем наказывать, если сознаемся…
— Раз боятся — значит, запугали! — вставил мысль Уэст.
— Ну, а кто? Что-то я тут не вижу никого, кто может запугать. Это серьёзный такой конкурент вождю должен быть, а кто здесь…
— Здесь нету, — вторил Луол, качая головой.
— Вот, и «мастер» подтверждает. А если не здесь… А! Ну всё понятно!
Она вскочила.
— Кажется, есть. Ну, не обещаю, что прямо сразу, но причину уничтожим.
Рыжая кивнула старику и вылетела из хижины. Уэст поспешал за ней.
— Что получается-то? — выпалил на ходу он.
— Получается то, — ответила Кэрол, прыгая в «Лендровер», — что их могли запугать и натаскать террористы. Очень может быть. И нам это не надо!
По отмашке машина помчалась назад в лагерь.      


— Разрешите войти? — сунулась в командирский кабинет Рыжая. Грин нетерпеливо и как-то не по-военному  махнул рукой — дескать, заваливайся.
— Куда ездили? — спросил он почти по-дружески. Кэрол почти насторожилась, но решила не обращать внимания.
— В деревню. Надо было разобраться кое с чем, — ответила она, усевшись.
— Ну и с чем же? Что-то я не помню…
— В деревне необъяснимо умирал скот, — разъяснила Кэрол. — Я попыталась провести расследование своими силами… и пришла к выводу, что это заговор.
Грин засмеялся.
— Мисс Локхарт, вот очень ценю вашу помощь, но это вы хватили. Вы же сами видите, то есть знаете, как они живут — мало ли отчего коровы дохнуть могут…
— Майор, я тоже надеялась, что всё само пройдёт. Не прошло. Теперь я уверена — кто-то под вождя копает.
— Ну и кого же вы подозреваете? — очень благодушным тоном спросил майор.
— В деревне никого явного нет. Похоже, это что-то извне. Не знаю, откуда наши соседи такого набрались, но думаю — это они хотят выбить из-под нас всю почву для взаимоотношений с местными. Вот так.
— И что вы предлагаете? — уточнил Грин, почему-то хитро сверкнув глазами.
— Продолжать контрпартизанские операции. То логово мы так и не нашли — вот и пора закончить.
— Хорошо, — сообщил Грин, некоторое время поразмышляв. — Продолжайте работать. Вы хорошо работаете.   

И вскоре следопыты обнаружили тот самый вражеский лагерь. Голос внутреннего скептика подсказывал Рыжей, что она всё-таки лезет не в своё дело. «Очень даже в своё» — возразила она самой себе. Работу надо делать хорошо, а что покажет качество лучше, чем демонстрация боеспособности? И вообще — последнее слово за Грином. Не позволит — значит, ничего и не будет.
— Ну, что там у вас? — поинтересовался майор. Причём с таким видом, как будто посещение его отвлекает от чего-то важного.
— Лагерь террористов там у нас, — в тон ему ответила Кэрол, — нашли всё-таки. Пока людей в нём мало — есть предложение зачистить. И проверить уровень подготовки, таким образом. Я их сама поведу.
За время этого монолога Кэрол успела обнаружить, что Грин её слушает очень невнимательно, вполуха. И прийти из-за этого в замешательство. Поэтому завершающее сообщение о том, что команду зачистки возглавит она лично, у неё и вырвалось.
— А-а, вот как, — протянул Грин. — Конечно, займитесь, зачистите. Я вам полностью доверяю. И не задерживаю.
Кэрол молча кивнула и вышла. Несмотря на то, что судьба вроде бы благоволила её планам, разговор был очень странным. Если она сама испытывала некоторые сомнения, то уж ему-то, командиру, сам бог велел! И что он такое важное обдумывает, что о рейде даже слышать не хочет? Полная херня…

Но с этой херней она поделать ничего не могла, а то, что могла — сделала. Вызвала  Стюарта и Чейза со всеми им подотчётными «ополченцами» и изложила план. Доехать до условленной точки на машинах, незаметно окружить лагерь… далее по обстоятельствам. Стюарт и Чейз возражать не стали, негры — тем более. Все разошлись готовиться, а Кэрол собралась контролировать репетицию. Впрочем, возражения чуть позже прорвались.   

— Эй! — окликнул идущую на «смотр» Рыжую Карвер. Очень недовольный. — ты чего добиваешься?
— Успешной отработки контракта, например? — невинным тоном предложила вариант Кэрол. Карвера не устроило.
— Ты под кого прогибаешься? Вот что тебе не нравилось — сидели, стрелять учили. И сидели бы так до конца, и прекрасно. Нет, рейды ей устраивать надо…
— Грин одобряет, — ледяным голосом заметила Кэрол. — Можешь к нему обратиться. А я тебе просто скажу, что когда такие толпы вокруг шатаются, то курорт заканчивается обстрелом из миномётов. Свободен.

По отмашке Рыжей машины встали, заглушив двигатели, а группа зачистки спешилась и рассредоточилась. Всё-таки кое-чему местные научились  — двигались они почти бесшумно и вполне организованно, а позиции занимали правильные. Оставалось буквально полдела — окружить лагерь террористов — с виду больше похожий на обычную деревню, и, собственно, зачистить. Противники полными вахлаками не были, поэтому  рассчитывать на то, что удастся незаметно покрошить всех в капусту ножами, не приходилось. Но дыр в организации их караульной службы нашлось ровно столько, чтобы позволить «чистильщикам» незаметно подобраться вплотную и занять огневые позиции. Группы Стюарта Рыжая контролировала сама, голос Чейза в гарнитуре тихо сообщил, что у него тоже всё нормально. И Кэрол отдала приказ начинать.
Хотя хлопки гранат и плотные пулемётные очереди, казалось, предвещали скорую победу, враг оказался зубастый. Далеко не все стали беспорядочно бегать и палить во все стороны, некоторые попытались организованно залечь и прицельно отстреливаться, так что Кэрол, поймав в прицел и пригвоздив к земле особо наглого стрелка, бросилась приводить в чувство потерявших темп бойцов штурмовой группы.
И тут в бой вклинился грохот тяжёлого пулемёта. Или даже двух? В наушнике заматерился Чейз.
— Что там, блять? — заорала Кэрол.
— БТР, сука! С пулемётами! Двоих уже в мясо!
— Укройтесь там, не отходите, я иду! И дым поставьте! — приказала Кэрол. Затем обратилась к Стюарту. — Я — к ним! Держитесь здесь, никого не выпускайте! Ты! — это уже было направлено к негру-автоматчику, — со мной! Живо!
Пока они бежали, крупнокалиберный пулемёт прогрохотал ещё раза три. Автоматных очередей слышно не было. А вот слева зашуршали кусты — очевидно, кто-то хотел пробраться во фланг прижатой пулемётами группе. Рыжая вскинула винтовку, и одной очередью скосила двоих выбежавших террористов, третьего принял прикрывающий солдат. Шуршать перестало. Пулемёт дал ещё одну очередь.
«Машины далеко оставили, если бы подогнать… ДШК бы его взял… только у машин-то никакой брони нету», — обдумала Кэрол возможную ошибку. — «А вот и наши».
— Свои! — крикнула Рыжая, падая рядом с Чейзом, — что там?
Не дожидаясь ответа, постаралась аккуратно высунуться и оценить ситуацию. Ситуация оказалась не настолько плоха — противостоял им накрытый маскировочной сеткой БТР-152 со сдвоенным зенитным КПВ. Но как только Кэрол убралась обратно в укрытие — в камень ударили тяжёлые пули. На Рыжую накатила было волна страха тут же сменившегося яростью. Броневик уже не просто надо было уничтожить. Его хотелось уничтожить.
— Так, — решила она. — кто тут гранаты лучше всего кидал? Вы двое? Заходите ему с тыла, постарайтесь забросить внутрь. Когда дойдёте — стрельните в воздух, чтобы мы поняли. После взрывов — кидайте! Поняли? Давайте, парни! Они вас грабили — а вы их еду сожрёте! Пошли! А вы — прикрываете!
Сама Кэрол вытащила из винтовки магазин, опустошила патронник, поймав вылетевший патрон, и начала рыться по карманам.
— У тебя к подствольнику гранаты осколочные? — спросила она.
Чейз кивнул.
— Ну и хорошо. Главное, чтобы хоть дезориентировало.
Она нашла, наконец, какой-то патрон, зарядила его, единственный, покрутила газовый регулятор, а затем достала ружейную гранату.
— Старьё югославское, — объяснила она. — на всякий случай типа такого…
Со стороны, в которую ушли солдаты, раздались выстрелы.
— Пошли! — рявкнула Рыжая.
Выстрел из подствольного гранатомёта Чейза хлопнул рядом с бортом БТРа, заставив наводчика вслепую нажать на спуск. Очередь ушла куда-то вверх. В это время из-за укрытия выглянула Кэрол. Кумулятивная граната воткнулась в корпус бронемашины, но в район двигателя. Взрыв, конечно, вывел технику из строя, но на работоспособности турели не сказался. Зато две гранаты, упавшие на пол боевого отделения, окончательно подавили огневую точку.
— Всё, — констатировала Кэрол, — что-то, кстати больше не стреляют…
Выйдя на связь с машинами,  она скомандовала колонне подъезжать. Остальные занялись сбором трофеев и полезностей. Сама Кэрол осталась стоять, задумавшись. Вроде бы всё прошло по плану. Местные сработали вполне достойно, потери допустимые. Но всё-таки потери же. И БТР этот чёртов… Уничтоженная бронемашина Рыжую почему-то особенно возмущала, и это яростное возмущение требовало выхода. И тут как раз к ней подвели небольшую колонну унылых типчиков с поднятыми руками.
— Вот пленные, — объяснил Стюарт. — Эти сдались сами, вон те были раненые…
— Ясно, — отрубила Кэрол. — Всех повесить. Прямо здесь.
Стюарт оторопел и вроде как попытался поймать взгляд Рыжей. Та, заметив это, облегчила ему задачу, стянув тёмные очки.
— Не надо вешать! — подскочил вдруг негр-сержант, — не надо. Они наших людей убивали. Они наши деревни грабили. Мы их сами хотим наказать.
Стюарт совершенно потерялся в этой ситуации, переводя взгляд с негра на Кэрол. И обратно. Сама Кэрол явно призадумалась.
— Ладно. — махнула она рукой, и снова нацепила очки. — Делайте, что хотите. А ты (это уже относилось к Стюарту) — присматривай, на всякий случай. Остальные — к машинам!

И только когда  Рыжая уселась в «Лендровер», её посетил простой вопрос — а с чего, собственно, ей так припекло казнить пленных? Злость злостью, но она ведь даже не подумала о том, что их сперва допросить надо. Даже если сказать им нечего. И почему — повесить, для кого? «Ну да чёрт с ними», — решила она, — «главное — налёт удался».
«Каратели», меж тем, возвращаться не спешили. Рыжая начала поглядывать на часы, пытаясь сообразить, каким же образом можно так долго развлекаться с приговорёнными. В подтверждение того, что всё-таки никаким, в поле зрения наконец появились радостные негры. И совершенно офонаревший Стюарт.
— Знаешь, как они их наказывали? — поинтересовался он, подойдя к машине Рыжей. — Развели костерок, потом стали отрезать уши, поджаривать их… и заставляли есть. Уши — это сначала. А закончили ***ми… только те, у кого сперва их отрезали, умирали, так что кормили ими тех, кто остался…  Я, конечно, в местной специфике не разбираюсь, но лучше бы их повесили!
И ушёл. «Вот ****ь» — подумала Кэрол, затем повторила это вслух, сплюнула, и только тогда приказала заводить моторы.