Там, где запад дня...

*** /внутри */
– Декабрь у меня ассоциируется с грустью. Знаешь, такая грустная скала, на которую ты зачем-то забрался и оттуда, с высоты смотришь вниз – на уходящий год, на убегающее вдаль время. И вспоминаешь всякие глупости, которые ты говорил себе или другим. Навроде "Никогда не говори «никогда»" или "Всё перемелется".
– А разве в этих фразах нет смысла?
– Смысл есть, Горец. Всегда есть смысл. В том-то и дело. И практически во всём. Этакие бесконечные лабиринты смыслов. Ты читал "Имя розы"?
– Да, когда-то читал. Ты намекаешь на фразу "Как хорош был бы мир, если б имелось правило хождения по лабиринтам..."?
– Да, её. А ты не так прост, как кажешься на первый взгляд. Спрыгнем со скалы?
– Летать так летать.

*** /снаружи/
– Он ещё бредит, зовёт какую-то Розу. Но в целом прогнозы положительные. Вероятно, скоро он придёт в сознание.
– Спасибо, доктор Ноу. Вы спасли ему жизнь!
– Я делаю то, что в моих силах. Но я – не Господь Бог, все мы в руках Божьих.
– Я понимаю. Спасибо вам!



*** /самый наружний слой/
– Ну, вот скажи – почему у тебя в каждом романе какая-то Роза? Мне, между прочим, обидно! Меня зовут Елена. Ну хоть бы раз... Эй, почему ты смеёшься?
– Я знаю. Елена Прекрасная! Просто меня ещё никогда не ревновали к героиням моих романов. Ну, хорошо, хорошо, не дуйся. В следующем романе обязательно будет Елена.
– А она будет красивой?
– Каждый красив по-своему, наверное. Хорошо, она будет красива. Она будет прекрасна, как ты.
– И всё-таки ты неисправимый льстец! Но я тебя люблю...

*** /внутри/
– Там, где запад дня, – западня. Там, где нет любви, – нет меня.
– Стихи?
– Глупости. Рифмованные. Ты меня прости, но мне придётся вернуться, Горец. Меня ждут. Знаешь, это так хорошо, когда тебя ждут.
– Кто?
– Я её называю Елена Прекрасная.
– А она прекрасная?
– Для меня – да. Прощай, Горец.
 – Нет. До встречи.