Незапланированное путешествие

Как-то муж сообщил, что он удачно обменял Time share квартиру на роскошную виллу в Пуэрто-Рико, купил билеты на самолёт, и через четыре дня мы улетаем.

На вопрос, почему он не посоветовался со мной, не ответил. Я посмотрела в его мечтательные  глаза и поняла, что внешней связи уже нет. Мы предложили поехать с нами близкой подруге Але, побросали вещи в чемодан и в субботу уже сходили по трапу самолёта на пуэрториканскую землю. Выходя из салона, Беня рассеянно прихватил чужой чемоданчик.  У выхода из аэропорта его догнал запыхавшйся китаец и показал на оранжевый бантик, предусмотрительно привязанный к ручке. Чемодан пришлось отдать владельцу и вернуться за моим. В аэропорту к нам присоединился сын наших друзей Владик – необычный мальчик, живущий в своём сложном внутреннем мире, не пересекаюшемся с реальным.  Путешествие началось!

Поскольку благожелательный голос навигатора упорно выводил Беню на улицы с односторонним движением, Владик был назначен ассистентом. 

Два дня прошли в непривычной для меня активности: бродили по городкам, осматривали художественные галереи, купались в океане и водопадах.   Подспудно мне хотелось, чтобы случилось что-нибудь неожиданное, о чём  бы я смогла по возвращении рассказать друзьям, и тайное  желание моё материализовалось. После нескольких часов ходьбы на центральной улице старого Сан-Хуана у меня отказали ноги. Друзья, посовещавшись, куда-то позвонили, и вскоре возле нас остановилась машина. Вид  выгружаемой инвалидной коляски настолько меня напугал, что ко мне вернулась способность ходить. «Поздно, - сказал Беня, - коляска оплачена на три дня».  С диким  гиканьем: «Эх,прокачу!», он повёз меня по узким булыжным улочкам старого города. Оставшиеся до отъезда дни коляска провела в багажнике машины и вытаскивалась по первому требованию. Чувство неловкости и страха быстро сменилось удовольствием от такого катания. Правда, были и свои минусы. В непроходимых для инвалидов местах спутники оставляли меня в коляске и уходили любоваться живописными видами. Я сидела под деревом и сама себе напоминала полковника Аурелиано из «Ста лет одиночества». Погода здесь непредсказуемая, жара сменяется частыми тропическими ливнями. В один из таких дней трёхчасового ожидания под деревом у меня отросли волосы (фотография прилагается). 

Обычно впереди выступал Владик. Он опирался на большую суковатую палку, подобранную в лесу. За ним бесшумной волчьей походкой шла моя подруга Алька. Она фотографировала архитектурные достопримечательности, живописные виды, а в лесах записывала голоса птиц, впоследствии оказавшимися голосами лягушек.  Кативший коляску невозмутимый Беня замыкал красочное шествие. В кафедральном соборе города Понсе Владик поднял посох вверх и воскликнул на чистом арамейском: «Встань и иди!». На глазах у изумлённых прихожан свершилось чудо:  я  встала с коляски и направилась  к иконе святой Богородицы.... (см. ниже)

На всём пути нам улыбались  местные жители, доброжелательные, тёплые и услужливые.

 Мы возвращались из Понсе домой. Сладкоречивая сирена из Гугла послала Беню на узкую многокилометровую просёлочную дорогу, приведшую нас в тупик.  В лесу стоял маленький домик, напоминающий избушку на курьих ножках. В домике горел свет. На заклание отправили самого молодого... Я заблокировала двери машины и, по установившейся традиции, повесила на шею сумку с документами (для опознания тела). Вскоре из домика вышли хозяева, сели в свою машину и через полчаса вывели нас на большую дорогу. Деньги взять отказались наотрез.                                                                                                                                                        Отпуск подошёл к концу так же внезапно, как и начался.

Приземлившись в бостонском аэропорту, Беня привычно снял с полки чужой чемоданчик.