Маугли

 В детстве мой маленький сын часто болел, я не работала. Однажды я повесила объявление, что за умеренную плату готова присматривать за детьми. На него откликнулись очень быстро. Через пару часов к дому подъехала «Волга» последней модели и из неё выпорхнула изящная брюне тка с малышом. Разговор длился недолго. Женщина объяснила, что её незамужняя восемнадцатилетняя дочь работает официанткой на круизном корабле и сейчас ушла в загранку, а внук остался на её попечении. Мы договорились, что мальчик будет у нас каждый день до семи вечера и предложила хорошие по тем временам деньги. 

 Малыша звали Юрочка. Он был очень худенький, смуглый и диковатый. В свои полтора года разговаривать не умел – на всё показывал пальцем и свои чувства выражал только звуками. Его переполняли эмоции: восторг, недовольство, удивление, – поэтому звучал он непрерывно. Первый день, наполненный домашними заботами и непривычной ответственностью за чужого ребёнка, заканчивался. Мы ждали бабушку. В семь часов, как было обещано, бабушка не пришла; в одиннадцать её всё ещё не было. Своего адреса она не оставила, и мы были в полной растерянности.

 Искупав малыша, я уложила его спать в комнате сына. Прошло несколько дней; от бабушки вестей не было. Мы купили в «Детском мире» одежду и игрушки. С лёгкой руки моего сынишки, обожавшего мультики, Юрочку стали ласково называть «Маугли». 

 Так у нас появился ещё один ребёнок. Бабушка приехала спустя две недели. Она путано пожаловалась, что приболела и потому не могла прийти, пообещала забрать ребёнка в семь часов и заторопилась к выходу. Я выглянула в окно: у подъезда стояла уже знакомая мне чёрная «Волга». Как легко догадаться, она не появилась. 

 Маугли прожил с нами семь месяцев. Самой любимой игрушкой Юрочки стал старый потрёпанный медведь – в отличие от Балу, с одним ухом. Меня почему-то не удивило, что из весёлого коллектива зверей он выбрал именно его. Своим маленьким чутким сердцем Маугли почувствовал к старому медведю жалость и сострадание. Первое произнесённое им слово услышал тоже мишка. Вечерами муж читал детям сказки. Маугли восторженно и подолгу рассматривал картинки в книжках, ловкими пальчиками закручивал винтики детского конструктора, строил дома из ярких кубиков... 

 Довольно скоро он начал разговаривать. Копируя сына, называл меня коротко: «Ма», а мужа – «Па». Несколько раз его навещала бабушка. Она уже не обещала забрать Юрочку в семь – оставляла на столе коробочку заморских конфет (изредка деньги) и опять надолго исчезала. Когда Маугли исполнилось два года, мы торжественно отпраздновали всей семьёй день рождения. 

 Появление его мамы было для нас сюрпризом. В дверях остановилась модно одетая, ярко накрашенная молодая женщина и протянула руки к нашему Маугли. «Тётя!» – малыш уверенно показал на неё пальцем. …Спустя год мы случайно столкнулись с бабушкой. Она уже не выглядело такой ухоженной и, как всегда, торопилась. На углу её ждал «Москвич». Дочь её по-прежнему работала буфетчицей и месяцами находилась в плавании, а наш Маугли… 

 Маугли, как в бессмертной книжке, вернулся к своему народу: он жил в круглосуточном интернате для детей моряков. Странно и капризно работает человеческая память. Эта история много лет пролежала где-то в её глубинах и, неожиданно вернувшись, наполнила нас светлой печалью.